Каминная комната в замке де ла Тур на юге Франции задумана как парадное сердце дома. Она распахивается двумя симметричными дверями по сторонам от камина: исторические створки, освобождённые песчаной струёй от наслоений времени, вернулись на прежнее место и теперь служат драгоценной оправой всему замыслу.
Диван нарочито текстурный, под стать ковру с коричневым подтоном; кресло облачено в велюр, который вновь набирает силу. Тактильное разнообразие здесь — тонкий ход, добавляющий интерьеру осязаемой роскоши. Второе кресло сознательно уступило место пуфу «Сальта», чтобы сохранить воздух и непринуждённость в камерном объёме гостиной.
Игривое настроение в пространстве эхом отражает пудрово-розовый отклик — в виде цветущих ветвей тамарикса на портале и графичного постера в тонкой деревянной оправе.
Авторский замысел строится на искусном смешении исторического и современного — приёме, позволяющем интерьеру звучать нотами разных эпох.
По одну сторону от камина высится минималистичный торшер «Ганг» в современном прочтении. По другую — стройный стул XVIII века с высокой резной спинкой. Это как раз тот случай, когда вещь из обихода исторических французских и бельгийских домов перестаёт быть просто утилитарной. Высокая спинка когда-то защищала плечи от сквозняков, вечных спутников каменных стен; сиденье из соломы или рогоза дарило лёгкость, а фигурные перекладины задавали ритм почти как в ордерной архитектуре. Со временем такие стулья превратились в атмосферную деталь дома, где вещи трепетно собираются поколениями. В этой гостиной он стоит именно там, где должен, — подле торшера, в углу для чтения, и делает всё пространство подлинным.
Продуманное сочетание ковров придало комнате дополнительную глубину. Базовый ванильный послушно повторяет оттенок стен; он расчерчен тончайшими серебристыми полосками и рождает образ дождя — тех ливней, что веками врывались в дом и оставили тёмную патину на зеркальных полотнах. А расположенный по диагонали ковёр с коричневым подтоном сообщает композиции подвижность.
Консоль из коллекции «Рустик», задуманная британским дизайнером Джеймсом Паттерсоном всего несколько лет назад, врастает в аутентичный строй окружения: чеканный металл и латунные вставки роднят её с антиквариатом. Подход дизайнера превращает предмет в потенциальную фамильную ценность. Рядом, на журнальном столике, выдержанном в оттенке исторических дверей, расположилась свеча под глянцевым прозрачным куполом, а на консоли ей вторит стеклянная статуэтка в виде планеты — тонкая отсылка к теме цикличности.
В этом доме предпочитают живую, несовершенную красоту сада вычурной флористике. Ветви срезаны прямо с дерева, растущего за окнами, — экстерьер и интерьер сливаются в едином ритме, рассказывая о сезонности и мимолётных настроениях.
Строгие прямоугольные и мягкие, льющиеся линии сплетаются в этом пространстве. Их союз, чья совершенная гармония отточена веками, и дарует гостиной то самое благородство.